Новости

15 марта 2019 года

Доклад О.А.Казакевич: "Человек и его эмоции в селькупском фольклоре"

Доклад О.А.Казакевич: Доклад О.А.Казакевич: "Человек и его эмоции в селькупском фольклоре"

 
В отделе памятников письменности народов Востока прошел доклад О.А. Казакевич о специфике отражения лексики, относящейся к человеку и его эмоциям, в селькупских фольклорных текстах. Доклад состоялся в рамках семинара "Текстология и источниковедение Востока".

В рамках доклада на материале четырех электронных корпусов фольклорных текстов на говорах северных селькупов (общий объем более 100 тыс. словоупотреблений) анализировалось отражение в текстах эмоциональной стороны жизни героев. Корпусы относятся к четырем разным периодам на протяжении последнего столетия: 1925-1928 (тексты записаны Г.Н. Прокофьевым), 1941 (тексты записаны Л.А. Варковицкой), 1970-е (тексты записаны участниками экспедиций ОСиПЛ МГУ им. Ломоносова под рук. А.И. Кузнецовой), 1996-2015 (тексты записаны участниками селькупских экспедиций ЛАЛС НИВЦ МГУ им. Ломоносова под рук. О.А. Казакевич). В текстах обнаруживается лишь минимальный набор из четырех основных человеческих эмоций: гнев, страх, печаль и радость. Рассматривается, кто и при каких обстоятельствах эти эмоции испытывает и каковыми бывают последствия этих эмоций.

Во всех четырех корпусах предикаты, описывающие эмоции, не относятся к частотным. Сравнение исследуемых корпусов показывает, что чем раньше были записаны тексты, тем меньше в них эмоций. Минимальное количество эмотивных глаголов в корпусе Г.Н. Прокофьева (1925-1928), максимальное – в Тазовском корпусе МГУ (1970-е) и корпусе ЛАЛС НИВЦ МГУ (1996-2015). Самая частая эмоция в текстах первой половины прошлого века – страх, в текстах 1970-х и 1996-2015 гг. – гнев.

Гнев – это привилегия мужчин и нечистой силы. В отличие от гнева, страху подвержены все: мужчины, женщины, нечистая сила, свои и чужие. Страх воспринимается как нормальная реакция взрослого на опасную ситуацию. Интересно, что детям в селькупских сказках пугаться не свойственно. Печаль и радость в текстах обычно не называются, а передаются через описание их внешних проявлений.